Практически с любой сказкой мы можем работать и как с историей личной, и как с историей родовой. Если мы удерживаем идею трансгенерационной передачи моделей поведения, а также наличие аналогов генов в психике, мы можем говорить о том, что каждый человек представляет собой историю своего рода не только на генетическом, но и на психическом уровне. Юнг говорил о том, что «дети будут вынуждены страдать от непрожитой жизни своих родителей и все больше – от необходимости воплощать все то, что родители вытеснили и держали в бессознательном».
Ребенок, рождаясь в семье, первоначально подключен к бессознательному полю матери и всей семьи в целом и лишь со временем с развитием сознания начинает больше открывать свое собственное. Однако это семейное поле не исчезает, а остается в бессознательном человека. И зачастую, когда мы работаем в личной терапии с проблемами и трудностями, которые возникают у клиента в жизни, мы так или иначе касаемся истории его семьи и его рода – через сновидения или в темах, всплывающих на сессии.
Ни для кого не секрет, что родовые сценарии оказывают сильнейшее воздействие на жизнь человека и на повторение тех же самых ситуаций, которые были в роду. Существуют две крайности, в которые можно впасть. Первая – это полное отыгрывание сценариев рода и идентификация с родителями или предками, а второе – это разрыв с родом, отказ от предков. И то, и другое лишает человека возможности становиться все больше собой, при этом опираясь на род как на психическую землю, на основу, которая дает силы
Ребенок, рождаясь в семье, первоначально подключен к бессознательному полю матери и всей семьи в целом и лишь со временем с развитием сознания начинает больше открывать свое собственное. Однако это семейное поле не исчезает, а остается в бессознательном человека. И зачастую, когда мы работаем в личной терапии с проблемами и трудностями, которые возникают у клиента в жизни, мы так или иначе касаемся истории его семьи и его рода – через сновидения или в темах, всплывающих на сессии.
Ни для кого не секрет, что родовые сценарии оказывают сильнейшее воздействие на жизнь человека и на повторение тех же самых ситуаций, которые были в роду. Существуют две крайности, в которые можно впасть. Первая – это полное отыгрывание сценариев рода и идентификация с родителями или предками, а второе – это разрыв с родом, отказ от предков. И то, и другое лишает человека возможности становиться все больше собой, при этом опираясь на род как на психическую землю, на основу, которая дает силы
В сказке «Король-ворон» молодая девушка выходит замуж за короля воронов, который рассказывает ей свою историю: «Когда-то я был королем над людьми. Теперь я король воронов: злой колдун обратил в птиц меня и весь мой народ. Но предречено, что испытанию нашему наступит конец. И ты можешь этому помочь. Я надеюсь, что ты исполнишь свой долг».
Мы можем посмотреть на эту историю, как на историю внутренних частей, заколдованность каких-то наших сторон, превратившихся в птиц, и также как на историю рода, в котором в результате какого-то травматического опыта из поколения в поколение стала «передаваться» эта заколдованная часть.
Важно отметить, что бывает так, что человек, сталкиваясь со сложными родовыми историями, чувствует необходимость изменить эти сценарии. И необходимость он ощущает не только в том, чтобы поменять свою жизнь, но и чтобы поменять через себя и жизнь своего рода. Я думаю, что здесь, с одной стороны, очень важно не впадать в инфляцию и не считать, что мы являемся избранными, способными изменить то, что не удалось другим. А с другой стороны, если рассматривать род как единую личность, единый организм, то представитель каждого нового поколения способен пройти дальше, чем предыдущего. Используя юнговскую идею об индивидуации и о развитии по спирали применительно к роду как к целому, можно сказать, что род тоже идет путем индивидуации и каждое поколение является этим витком спирали, ведущим род к самореализации.
На героиню данной сказки мы также можем смотреть и как на одну из наших внутренних частей, и как на одного из представителей рода, а на заколдованный народ – как на родовое теневое бессознательное, с которым приходится сталкиваться в жизни.
Превращение в птиц, в частности в воронов, в результате колдовства– довольно распространенный сказочный сюжет. Например, в сказке «Семь воронов» семь сыновей превращаются в воронов из-за проклятья отца. В сказке «Король-ворон» это проклятье налагается злым колдуном – какой-то не совсем человеческой фигурой, обладающей магической силой. Мы могли бы думать здесь о какой-то охваченности, мощной силе, которая влияет на судьбу человека и всего рода.
Вороны во многих культурах всегда занимали особое место.
Важно отметить, что бывает так, что человек, сталкиваясь со сложными родовыми историями, чувствует необходимость изменить эти сценарии. И необходимость он ощущает не только в том, чтобы поменять свою жизнь, но и чтобы поменять через себя и жизнь своего рода. Я думаю, что здесь, с одной стороны, очень важно не впадать в инфляцию и не считать, что мы являемся избранными, способными изменить то, что не удалось другим. А с другой стороны, если рассматривать род как единую личность, единый организм, то представитель каждого нового поколения способен пройти дальше, чем предыдущего. Используя юнговскую идею об индивидуации и о развитии по спирали применительно к роду как к целому, можно сказать, что род тоже идет путем индивидуации и каждое поколение является этим витком спирали, ведущим род к самореализации.
На героиню данной сказки мы также можем смотреть и как на одну из наших внутренних частей, и как на одного из представителей рода, а на заколдованный народ – как на родовое теневое бессознательное, с которым приходится сталкиваться в жизни.
Превращение в птиц, в частности в воронов, в результате колдовства– довольно распространенный сказочный сюжет. Например, в сказке «Семь воронов» семь сыновей превращаются в воронов из-за проклятья отца. В сказке «Король-ворон» это проклятье налагается злым колдуном – какой-то не совсем человеческой фигурой, обладающей магической силой. Мы могли бы думать здесь о какой-то охваченности, мощной силе, которая влияет на судьбу человека и всего рода.
Вороны во многих культурах всегда занимали особое место.
Исследование фон Франц о символике воронов:
«Не только в германской мифологии, но и в мифологии североамериканских индейцев и эскимосов изначально ворон был белой птицей. У североамериканских индейцев и племен, живущих у полярного круга, он является великим носителем света, сродни фигуре Прометея и божественному творцу. Пока он нес человечеству свет и огонь, он так обгорел, что стал черным. В германской и особенно в греческой мифологии есть легенды, в которых говорится, что сначала вороны были белые, но потом совершили грех и были прокляты Аполлоном, как и жена ворона Коронида, мать Асклепия. В Библии ворон – неоднозначная птица, ибо, согласно легенде, будучи посланный Ноем из ковчега, он нашел землю, но стал питаться мертвыми телами и не вернулся обратно... Поэтому с тех пор на вороне стоит клеймо. В статье Отца Гуго Рагнера, посвященной небесному и земному духам, небесный дух воплощается в виде голубя, а дух дьявола и ведьм – в виде ворона. Однако в этих же противоположностях содержатся семена их собственных противоположностей: воронов также называют весьма богоугодными птицами, ибо они кормили Илию, а также апостола Иоанна на Патмосе. В символическом мышлении всегда присутствует некая двойственность относительно черного и белого».
В начале сказки мы встречаемся с двумя мужскими фигурами – «человеком, зеленым как трава и с одним глазом во лбу» и «птицей величиной с быка, черной как уголь», которая просит у первого в жены дочь. Образ одноглазого зеленого человека очень многозначен, я предлагаю посмотреть на него как на здоровую часть, близкую к Самости. Зеленый – цвет жизни и природы, в Древнем Египте он был цветом Осириса, во многих культурах почитался как цвет возрождения. Этот полюс также ассоциируется с деревьями и магией друидов. Кроме того, зеленый – феминный символ, связанный с землей.
Итак, у нас есть два полюса – земной, растительный, несущий жизнь, и воздушный, темный, мрачный, несущий тьму. Первоначально зеленый человек отказывается выдавать свою дочь за короля воронов и теряет единственный глаз. С точки зрения процесса развития мы можем говорить, что отказ вступить в контакт с этой силой, соединиться с ней, лишает возможности видеть и идти вперед, погружает человека в бессмысленную тьму, которая никуда не ведет. Здесь, я думаю, очень уместно вспомнить юнгианскую идею о том, что депрессия человека бывает разной. Депрессия может быть проводящией, творческой, как темный коридор, по которому мы переходим в следующее пространство, залитое светом. Но также депрессия может быть нежеланием двигаться вперед, отпустить мертвое, держаться за уже ненужное. И тогда депрессия может быть застреванием, отсутствием ресурса, бессмысленным страданием, которое никуда не проводит.
В конечном итоге зеленый человек выбирает отдать свою любимую дочь в жены королю воронов, обрекая ее на неизвестность. С психологической точки зрения мы можем говорить здесь о доверии тем силам, которые ведут нас, о готовности принять страшное и отвергаемое, идти в боль и темноту, веря, что они обязательно приведут к свету.
Далее в сказке акцент смещается на судьбу героини, которая вступает в брак с королем-вороном и должна пройти необходимое испытание, чтобы чары развеялись. В работе со сказкой мы здесь вспоминаем свои собственные истории, которые вели нас трудной дорогой через повторение родительских и родовых сценариев к болезненному осознаванию и попыткам что-то изменить.
Еще один важный эпизод, который бы хотелось упомянуть, связан с темой переживания неудачи. В сказке героиня должна выполнить важное условие, которое позволит разрушить чары, но, как и во многих других сказках, сделать ей это не удается. В сказке старая прачка, которую встречает молодая королева, говорит ей: «Муж дал тебе добрый совет. Но советы ни к чему не ведут. Что суждено, то и сбудется». И действительно, героиню ждет неудача, которая ставит под угрозу все ее прежние попытки и усилия.
Я думаю, эта ситуация так или иначе знакома всем, кто когда-либо пытался с большим трудом поменять что-то в своей жизни, противостоя тем силам, которые тянутся из родовых программ. И как трудно потом осознавать, что несмотря на все усилия, мы повторяем в своей жизни то, от чего хотели уйти. Однако же сказка показывает, что это горькое осознание и потеря очень ценны. Как писала Мария-Луиза фон Франц: «Для того, чтобы продолжать развиваться, нужно испытать поражение». А Дональд Винникотт говорил: «Я должен совершить ошибку, чтобы знать, когда я прав». В сказке героине придется долгое время носить железные башмаки, путешествовать по открытому морю и встретиться с громадным белым волком, прежде чем она сможет расколдовать короля воронов.
Наш путь к изменению своей жизни и освобождению от семейной и родовой «кармы» необычайно сложен, но все-таки преодолевая его, мы одновременно становимся и самими собой, и занимаем свое важное место в своей родовой системе.
Наверно, когда мы можем разрешить какую-то из родовых историй, мы чувствуем невероятное освобождение. И даже можем задаться вопросом, а был ли ворон действительно проклятой птицей? А что если в библейском мифе ворон и голубь были одной и той же птицей, а не двумя разными? Первая, отпущенная на свободу, стала питаться мертвым телом и, переварив мертвое, пережив трансформацию, стала голубем, принесшим Ною зеленую ветвь в своем клюве.
Закончить эти размышления мне бы хотелось словами Берта Хеллингера, человека, много лет посвятившего исследованию родовых систем:
Итак, у нас есть два полюса – земной, растительный, несущий жизнь, и воздушный, темный, мрачный, несущий тьму. Первоначально зеленый человек отказывается выдавать свою дочь за короля воронов и теряет единственный глаз. С точки зрения процесса развития мы можем говорить, что отказ вступить в контакт с этой силой, соединиться с ней, лишает возможности видеть и идти вперед, погружает человека в бессмысленную тьму, которая никуда не ведет. Здесь, я думаю, очень уместно вспомнить юнгианскую идею о том, что депрессия человека бывает разной. Депрессия может быть проводящией, творческой, как темный коридор, по которому мы переходим в следующее пространство, залитое светом. Но также депрессия может быть нежеланием двигаться вперед, отпустить мертвое, держаться за уже ненужное. И тогда депрессия может быть застреванием, отсутствием ресурса, бессмысленным страданием, которое никуда не проводит.
В конечном итоге зеленый человек выбирает отдать свою любимую дочь в жены королю воронов, обрекая ее на неизвестность. С психологической точки зрения мы можем говорить здесь о доверии тем силам, которые ведут нас, о готовности принять страшное и отвергаемое, идти в боль и темноту, веря, что они обязательно приведут к свету.
Далее в сказке акцент смещается на судьбу героини, которая вступает в брак с королем-вороном и должна пройти необходимое испытание, чтобы чары развеялись. В работе со сказкой мы здесь вспоминаем свои собственные истории, которые вели нас трудной дорогой через повторение родительских и родовых сценариев к болезненному осознаванию и попыткам что-то изменить.
Еще один важный эпизод, который бы хотелось упомянуть, связан с темой переживания неудачи. В сказке героиня должна выполнить важное условие, которое позволит разрушить чары, но, как и во многих других сказках, сделать ей это не удается. В сказке старая прачка, которую встречает молодая королева, говорит ей: «Муж дал тебе добрый совет. Но советы ни к чему не ведут. Что суждено, то и сбудется». И действительно, героиню ждет неудача, которая ставит под угрозу все ее прежние попытки и усилия.
Я думаю, эта ситуация так или иначе знакома всем, кто когда-либо пытался с большим трудом поменять что-то в своей жизни, противостоя тем силам, которые тянутся из родовых программ. И как трудно потом осознавать, что несмотря на все усилия, мы повторяем в своей жизни то, от чего хотели уйти. Однако же сказка показывает, что это горькое осознание и потеря очень ценны. Как писала Мария-Луиза фон Франц: «Для того, чтобы продолжать развиваться, нужно испытать поражение». А Дональд Винникотт говорил: «Я должен совершить ошибку, чтобы знать, когда я прав». В сказке героине придется долгое время носить железные башмаки, путешествовать по открытому морю и встретиться с громадным белым волком, прежде чем она сможет расколдовать короля воронов.
Наш путь к изменению своей жизни и освобождению от семейной и родовой «кармы» необычайно сложен, но все-таки преодолевая его, мы одновременно становимся и самими собой, и занимаем свое важное место в своей родовой системе.
Наверно, когда мы можем разрешить какую-то из родовых историй, мы чувствуем невероятное освобождение. И даже можем задаться вопросом, а был ли ворон действительно проклятой птицей? А что если в библейском мифе ворон и голубь были одной и той же птицей, а не двумя разными? Первая, отпущенная на свободу, стала питаться мертвым телом и, переварив мертвое, пережив трансформацию, стала голубем, принесшим Ною зеленую ветвь в своем клюве.
Закончить эти размышления мне бы хотелось словами Берта Хеллингера, человека, много лет посвятившего исследованию родовых систем:
«Счастье – это принятие в сердце счастья таким, какое оно есть, и радость этого принятия. Это завершенность счастья, когда радуешься действительности такой, как есть; своим родителям – таким, как есть; своему прошлому – такому, каким оно было; своему партнеру – такому, как есть; своим детям – таким, как есть – именно таким, как есть. И это самое прекрасное».
Если мы рассматриваем род как единую личность, идущую по пути индивидуации, то, возможно, когда мы в конце концов освободимся от чар, которые «околдовывали» целые поколения живущих до нас, то сможем увидеть, что и этот заколдованный путь тоже являлся частью пути Самости. Не зря Юнг говорил, что Самость – это и центр психики, и вся психика целиком.
Литература
Абрамович Г. Раввинистическая концепция исцеления// журнал Юнгианский анализ №2(33), 2013 №2 2013.
фон Франц М.-Л. Фемининность в волшебных сказках. М.: Класс, 2010
фон Франц М.-Л. Подчиненная функция.
URL: https://carljung.ru/Library/FrPodFunc.htm
Хеллингер Б. Порядки помощи.
URL: https://libking.ru/books/religion-/religion-self/412756-38-bert-hellinger-poryadki-pomoshchi.html